Дизайн-проектирование общественных зданий и сооруж

Дизайн-проектирование общественных зданий и сооружений

Дизайн-проектирование общественных зданий и сооружений

Архитектурное проектирование и реализация проекта выполняют задачи материальной организации функционально определенного пространства, дизайн-проект доводит творческий замысел авторов до необходимого уровня художественной выразительности и эмоционального воздействия. В случае программирования высокого тонуса психологического воздействия объекта на наблюдателя дизайнерские замыслы рождаются уже в недрах архитектурного проекта и являются его неотъемлемой частью.

К такого рода объектам, где дизайн представляет не изолированное последействие по декорированию среды, а полноценный раздел архитектурного проекта, относятся крупные комплексы общественных зданий (сооружений), рассчитанных на присутствие больших людских масс.

Уточним еще раз, что в составе объектов общественного назначения, особенно рекреационных, границы между понятиями здание и сооружение проницаемы. Театр — это обычно здание, летний театр в парке — скорее сооружение. Сооружение — это строительный объект, пространство которого конструктивно и климатически не изолировано от внешней среды (например, крытый стадион); здание имеет закрытый объем, но его связь с внешней средой может быть обеспечена открытыми галереями, террасами с навесами, глубокими лоджиями.

Типологический диапазон объектов общественного назначения, как это показано в разделе I, очень широк. По своим социальным функциям, представляющим специальный интерес для дизайна, их среда подразделяется на рекреационные и, условно говоря, деловые пространства. Те и другие в разной пропорции могут входить в общественные объекты любой классификационной группы. Школьные рекреации представляют собой место смены учебной обстановки, а помещения вестибюля, фойе и зрительного зала составляют функциональное и пространственное ядро театра как объекта рекреационных функций в целом. С другой стороны, школьные классы и административные помещения театра есть среда, организационно формирующая деловые процессы.

Эта дифференциация является предпосылкой различного подхода к решению дизайна пространств обоих типов.

К общественным сооружениям преимущественно рекреационного типа относятся зрелищно торгово-развлекательные комплексы (не обязательно массового посещения), от визита в которые люди ждут получения эстетического или коммерческого удовольствия, психологической разрядки или, наоборот, энергетической зарядки. В осуществлении этих намерений заинтересованы как посетители, так и те, кто предлагает услуги.

Активизация процессов стимулируется приемами, в число которых входит визуальная демонстрация качеств пространства, дополненная и усиленная системой психологических катализаторов, действующих и на другие чувственные рецепторы (музыкой, ароматами, вкусом).

Рекреационная деятельность современности характерна повышенной энергетикой поведения, стремлением получить яркие, необычные зрительные и психологически стрессовые впечатления.

В современных общественных сооружениях не ищут тихих развлечений. Но это не значит, что в пространстве активных действий нет зон отдыха, а вся среда имеет такой уровень психологической насыщенности, что это становится утомительным, т.е. дискомфортным.

Тектоническая выразительность эстетики силовых напряжений, масштабность и конструктивная логика всегда были источником творческого вдохновения в архитектуре общественных зданий, символом утверждения господствующих идеологических установок и технического могущества.

Каменное изложение деревянных стоечно-балочных конструкций в ордерных системах надолго закрепило приоритет массивности как основного выразительного средства архитектуры, осознаваемого в плоскости, либо в системе кулис, глубинных связей между которыми просто не воспринимали. Современные большепролетные безопорные конструкции основаны преимущественно на тектонике распорных систем, их структура выразительна пространственной логикой инженерного расчета, невыдуманной красотой материализованных в бетоне, вантах, металле усилий (рис. IV.2.7).

Естественно, что выразительным потенциалом такой мощности не пренебрегают в архитектурном решении крупных перекрытых пространств, и конструктивные идеи становятся художественной основой объемной доминанты спортивного комплекса, выставочного павильона, цирка, рынка.

Сооружения рекреационной группы обеспечиваются развитыми системами инженерных служб, реализованных в трубопроводных коммуникациях, венткамерах с разводками воздуховодов, диспетчерских узлах, электропультах, датчиках пожароопасное и т.п. В зависимости от общей постановки задачи стилизации интерьера дизайнер принимает решение экранировать трубопроводы и стояки или использовать их в языке художественного членения пространства.

Обширные помещения большой высоты визуально оцениваются как экстерьеры, и для их оформления уместно применять материалы, обычные для фасадов: фактурную штукатурку, травертин и колотый камень для облицовки стен, экстерьерность которых поддерживается включением композиций фитодизайна, каменных полов, малых форм (керамики, скульптуры), обычных для парка.

Из вышесказанного дизайнер может сделать нижеследующие выводы.

1. Есть существенная разница в уровне драматизации художественной выразительности делового и рекреационного интерьеров; для дизайнерского решения второго привлекаются более активные и эффективные средства и приемы.

2. Поскольку в основу функциональной схемы большинства рекреационных учреждений заложена смена пространств и их визуальная оценка в движении от внешней среды к главному объекту интереса, то наиболее целесообразным и исторически проверенным является прием повышения градиента выразительности в направлении к центру тяготения, но не равномерным проявлением силы воздействия, что не будет замечено, а в пульсирующем режиме с использованием шлюзов.

3. По трассе программированного планировочной схемой движения людских потоков распределяются композиционные акценты (интенсивная окраска или неординарная облицовка стены, элементы монументально-декоративного искусства, контрасты освещенности) и зоны затишья, к которым могут подключаться объекты обслуживания — киоски, кафе-автоматы.

4. При крупногабаритных интегрированных пространствах необходимо использовать членения и промежуточные масштабы предметного наполнения, соразмерного человеку, коль скоро речь идет об организации комфортной среды ин терьера общественного здания, для которого проверка на антропометрические тесты так же важна, как и для жилища. Здесь, если вы помните, целесообразна трехчастная шкала масштабов: крупного, среднего и мелкого.

5. Монотонность ритмичного членения пространства, колористики, оборудования, как и избыточная напряженность выразительности, перегруженность цветом, декором, мебелью, равно недопустимы; массы людей, наполняющих пространство интерьера, следует считать компонентом его дизайна.

6. Построение пространства должно быть логичным и понятным по своей структуре и векторам движения; неясная система связи помещений и трасс передвижения вызывает негативные ощущения потерянности, ненадежности и даже страха. Подобные впечатления оставляет сложная система лестничных переходов в фойе здания Филармонии в Берлине (архит. Г. Шарун) (см. рис. 11.7.31). Обеспечение свободного, но планировочно организованного, предвходного пространства и дистанционность обозрения крупного общественного комплекса извне, выраженная парадность — это его визитная карточка. Именно такие комплексы создали прецедент понимания их как части городского интерьера.

Общественные здания города рубежа XX и XXI в. были организованы в систему социального обслуживания нескольких ступеней, имевших четкую функциональную градацию соответственно размерам обслуживаемых территорий и демографическим характеристикам населения.

Тенденции кооперации привели к проектированию и строительству комплексных районных центров, заменивших рассредоточенные по территории жилой застройки отдельные службы: почту, ателье, кафе, учреждения.

С точки зрения целостности архитектурного решения и наличия достаточных размеров участка объединенные центры представляли интерес для сквозных дизайнерских решений, охватывающих вопросы благоустройства и гармонизации интерьеров (рис. IV.2.8). Однако стихийные экономические процессы, изменение форм собственности и аренды быстро превратили такие центры в коммерческие муравейники, в которых владелец каждого отсека решает вопросы дизайна и рекламы автономно.

 

Практика показывает, что эта болезнь излечима: большие рыбы съедят маленьких, а с единым хозяином можно решать задачи стилистического единства дизайна. Удивительно быстро прошла этот путь торговля. Опустевшие в 90-х гг. XX в. укрупненные корпуса универсамов сначала поделили на боксы, затем, после ремонта силами рабочих СНГ, вновь интегрировали в оформлении доморощенным дизайном, а теперь объединенные фирмы открывают друг за другом супермаркеты, затмевающие своим дизайном западные торговые комплексы. Кто теперь вспомнит, что в теле представительного здания респектабельной торговой фирмы спрятан каркас большепролетного экспериментального навеса для приема стеклотары? (рис. IV.2.9).

Стабилизированные в статусе собственности, здания крупных торгово-промышленных объединений проще поддаются перепрофилированию и обогащению функционального ассортимента услуг Сегодня в мегамаркете можно провести целый день — покупая, развлекаясь, питаясь и отдыхая.

Понятно, что для привлечения в его недра посетителей нужно воспользоваться всем арсеналом доступных средств создания физического и психологического комфорта.

Но даже при полном поглощении внимания посетителя тем, что внутри, у покупателя сохраняется потребность определить свое положение в пространстве, увидеть, хоть мельком, деревья

сквозь широкий витраж, выяснить время суток, состояние погоды. Психологическая потребность человека выверять свое положение в пространстве, довольствуясь даже малой возможностью ориентации, подсознательно соединяясь с окружающей средой — предмет самого серьезного внимания архитектора и дизайнера.

Общественное здание, проглатывающее посетителя, обеспечивается грамотным проектировщиком некими окнами в мир, за которыми организована продуманная композиция живой природы, трогающая чувства в любое время года.

Реализация проекта подтвердит успешность композиционного замысла, если автор формировал его, вписавшись в масштаб чертежей и виртуально освоив визуальные ориентиры интерьеров.

Связь со средой может быть продемонстрирована единством материала и уровня мощения площадки за витражом и пола вестибюля, соседством инсталляций фитодизайна с продолжением подобных растительных форм и каменных композиций за пределы здания или просто кадрированием в светопрозрачным проеме живописной перспективы улицы, площади.

Обратите внимание на то, что исчезновение растительности в центральной части города из-за отравленной атмосферы и скованной асфальтом земли компенсируется созданием мезопространств, отделяющих наглухо изолированные, оборудованные кондиционерами здания от уличного грохота и смрада автомобильных выхлопов. Буферное пространство, шлюз на выход во враждебную среду оформляется в виде имитаций фрагментов живой природы с поддержанием необходимого режима микроклимата (рис. IV.2.10). Пока мезопространства реализованы в виде атриумных вестибюлей, перекрытых прозрачными крышами дворов-колодцев, сохранившихся в переуплотненной жилой застройке центральных кварталов; в ближайшей перспективе — это пассажи, целые улицы, комплексная изолированная застройка матричного типа. Понятно, что это, конечно, уход от радикального решения экологической проблемы города, от ликвидации самих источников загрязнения среды, однако опыт показывает безнадежность обращения к прагматике социального разума. Поэтому остекленные мезопространства и освоение тихого прохладного подземного пространства — реальное будущее мегаполисов (рис. IV.2.11).

Дизайнеру полезно набирать опыт проектирования психологически приемлемой имитации живой природы на инсталляциях фитодизайна (о котором речь впереди) и атриумных композициях, собирая информацию о возможных конструкциях светопрозрачных покрытий и климатронах.

Следует иметь в виду, что мезопространства оранжерейного типа (отдельно стоящие сооружения) нуждаются в поддержании специального микроклимата и нейтрализации негативных явлений, в частности, появления конденсата из-за повышенной влажности. Разработка соответствующих строительных приемов и инженерного оборудования во многом способствуют расширению практики использования атриумов в современной архитектуре общественных зданий.

Общественные сооружения зрелищного и спортивного назначения могут функционально объединять закрытые и открытые формы пространственной организации, если это допускают климатические возможности и технология процессов: например, двойной театр, сцена которого с одной стороны открывается в закрытый зал, а с другой — на открытый театрон; открытый стадион, под трибунами которого устроены закрытые тренировочные залы; закрытый плавательный бассейн, к которому примыкает летний открытый бассейн (рис. IV.2.12).

Открытые формы и части рекреационных сооружений производят визуальное впечатление преимущественно крупными, тектонически выразительными элементами несущих конструкций, ритмикой зрительских мест, колористикой информационных установок и флагов.

Крупные стационарные формы — результат реализации архитектурно-конструктивного мышления.

 

 

Однако усилия дизайнера во многом способны освежить взгляд на ставшее привычным сооружение и, используя легкие конструкции, широкие полотнища транспарантов, мачты с растяжками, воздушные шары и дирижабли, создать атмосферу праздника, пусть ненадолго. Использование подобных бутафорских (не в обидном, конечно, смысле) приемов создает непринужденную, феерическую и красочную обстановку для ярмарок, парков, аттракционов, народных гуляний. Но — беззаботное веселье праздников замышляют и организуют серьезные люди. Архитектор и дизайнер должны вместе выработать единую стилистическую концепцию сообразно масштабу действа, форме участка, направлениям подъезда, разработать композицию размещения главного и рядовых павильонов, конструкции сборных сооружений, цветовое решение, не говоря уже о решениях массы технических проблем, осуществляемых, как уже было сказано, в два этапа: сначала — реализация, затем — эксплуатация.

Область дизайна как средства эмоционально-художественного осмысления среды обитания расширяется за счет явлений авангардистского искусства, вовлекающего — буквально — в сценарий своего действа массы людей, трансформируемые пространственные структуры, привлекающие внимание своей необычностью, нередко абсурдностью; идеологические манифесты их авторов, несущие заряд социального протеста, просто встряхивают общественное сознание без серьезных политических последствий.

Отметим в связи с этим, что для населения небольшого и тесного полуострова под названием Западная Европа с глубокими и устойчивыми этнокультурными традициями, свято оберегаемыми чопорностью и респектабельностью семейно-общественных отношений, нет большего удовольствия, чем нарушить сонный мир добропорядочного бытия и выпустить пар средствами акционизма, лазерных спектаклей, упаковки в блестящие пленки мостов и рейхстагов [120].

Эпидемия виртуальных форм и образов, поразившая сознание архитекторов и дизайнеров, выражается и в симптомах компьютерного проектирования средового дизайна, позволяющего с помощью специального видеошлема совмещать на очках-экранах реально наблюдаемую картину среды с фантомными формами вставляемого в нее объекта, создавая нечто вроде виртуального макета.

Таким образом, техническая и эстетическая мысль ищет новые возможности активизации визуальных качеств среды за счет кратковременных метаморфоз перфоманса и смелой врезки в старомодную ткань городов форм скандальной архитектуры.

Но может быть, не следует торопиться перенимать формальные трюки Фостера, Хундертвассе-ра, Гири и других изобретателей, не надо накрывать реконструируемый театр оболочкой, напоминающей комок мятой бумаги (рис. IV.2.13); не спешите придумывать, как удобнее завернуть в целлофан храм Василия Блаженного.

С ассоциациями нужно поступать осторожно, а архитектору и дизайнеру лучше быть немного консервативнее, ведь среда, которую они создают, предназначена в конечном счете не для снобов ангажированного худсовета, а для простых смертных, и, оставаясь привлекательной, она не должна быть пугающей.

Если нам удалось убедить хотя бы дизайнеров не поступать опрометчиво в выборе художественных средств для достойного выражения внешнего образа здания с рекреационными функциями, целесообразно перейти к менее дискуссионным вопросам решения интерьеров и элементов благоустройства общественных объектов деловой сферы.

Общественные здания системы социально-бытового обслуживания (административные, коммунальные, торговые, общественного питания) по характеру функций имеют в своей структуре две основные группы помещений:

1)помещения для работы с посетителями (зальные или кабинетные) в пределах всего комплекса пространственного решения, т.е. с организацией входной группы внешнего подхода, тамбура, вестибюля, буферных зон, санузлов и т.д. со образно объему людских потоков, времени и технологии пребывания;

2)другая группа помещений, представляющая в планировочном отношении изолированную зону, предназначена для размещения служб поддержки основного функционального процесса и эксплуатационно-инженерного обеспечения.

Очевидно, что при решении комплексного дизайна объекта в целом целесообразно разграничение проектных задач на акцентирование художественной выразительности, ассоциированной с социальными функциями объекта, в помещениях представительских и на создание оптимальной рабочей атмосферы в помещениях служебных.

Максимум нарастания насыщенности пространства средствами колористики, декоративно-прикладного искусства и предметного наполнения должен фиксироваться в зоне, предшествующей основному функциональному пространству, чтобы в нем ничто не отвлекало от профилирующей работы.

Как и в зрелищных учреждениях с крупными залами, здесь необходима четкая планировочная и информационная организация движения по этапам обслуживания.

 

Эргономическая небрежность в пространственной организации работы раздражает клиентов и негативно влияет на психологическую обстановку учреждения обслуживания. Дизайнер должен об этом помнить, как и о том, что избыточный пафос художественного замысла и выразительности символики неуместны в дизайне учреждения районного масштаба.

Большой осторожности и ответственности требует дизайн-проектирование сложно функциональных объектов, таких как ресторан и кафе, магазины, школы, имеющих даже при небольшом масштабе чрезвычайно разветвленную систему пространственной организации и эксплуатационные особенности отдельных служб и помещений. Задача дизайнера здесь состоит не только в обеспечении полной прозрачности понимания структуры учреждения даже у вновь пришедшего, но и в грамотном устранении психофизиологической дискомфорности классов, раскрытых окнами на юг, избыточного тепловыделения кухни, визуальной тесноты спортзала (рис. IV. 2.14).

Зрительный дискомфорт протяженных коридоров нейтрализуется устройством световых карманов, устранением монотонности ритма дверей за счет цветовых пятен информации, чередованием ярко освещенных мест, аритмичной установкой малых форм. С другой стороны, исключение предметных визиров и членений стен по трассе движения может, напротив, создать впечатление сокращенной длины коридора.

Самым важным отправным обстоятельством формирования пространственной и эстетической концепции дизайн-проекта объекта просвещения является создание благоприятных условий для освоения мира — обучения.

Зонирование классных блоков по возрастному признаку может быть отражено в дизайне пространств, где обитают в учебное время и младшие, и старшие школьники. Дизайн школы не должен носить откровенно менторский и декларативный характер, однако ассоциативный мир детских представлений о сфере познания должен находить отклик в экспозиции коридоров и классных комнат. При перепланировке учебных аудиторий следует учитывать ориентацию их окон по странам света, эргономические нормативы, что в целом отражается на количестве учебных мест и ориентации парт, вводе солнцезащитных устройств (при необходимости), соответствующей колористике и сочетании искусственного освещения с естественным.

Кабинеты и аудитории для специальных занятий в своем пространственном и дизайнерском решении регламентируются спецификой учебного предмета. Разработка новых типов школ с эффективной методикой обучения предусматривает высокую мобильность пространственной организации учебной аудитории. Предполагается, что изменение параметров среды (в т.ч. простая перестановка парт) стимулирует процесс обучения (рис. IV.2.15). Мобильные пространства — вообще прекрасное поле деятельности для дизайнера, желающего проверить потенциал своего комбинаторного мышления.

В дизайне детских садов нельзя скупиться на обогащение среды обитания малышей цветовыми композициями, простыми, но грамотными с точки зрения композиционной организованности, орнаментами, лаконичными изображениями предметов и событий, природы и людей. Однако учитывая, что маленький человек должен все-таки готовиться к взрослой жизни, не следует гипертрофировать систему образов в архитектуре детского учреждения на уровне абсолютно детского сознания (как его понимают взрослые). Если дети рисуют домики с окнами вкривь и вкось и, не задумываясь особенно о выборе цвета, раскрашивают их, то взрослым дядям надо знать, что спроектировать детский садик с такими окнами еще не значит увидеть мир глазами детей.

Целесообразна, по-видимому, такая дифференциация: параметры пространства детского учреждения рассчитываются на универсальную антропометрию; мебель растет вместе с ребенком, но не более чем на протяжении двух этапов. Сооружения дворовых игровых площадок, высоту сидений, ступеней, проемов следует проектировать, исходя из размерностей детской эргономики. Вот здесь фантазия дизайнера может полностью подчиняться гипотетическому детскому взгляду на мир, хотя, заметим, психологический феномен детского визуального восприятия среды практически не изучен, и созданный взрослыми кукольный мир по традиции остается вне критики.

Учебные заведения высшего и среднего уровня, профессионально-технические училища как объект дизайн-проектирования зально-ячейковой или линейной структуры кроме акцентирования атмосферы, стимулирующей образовательную деятельность, мало отличаются от учреждений социального обслуживания (рис. IV.2.16).

 

Не выразимый словами дух единения священной тяги к знаниям и демократичного поведения студенчества — в недалеком прошлом — уступил, по-видимому, место прагматизму хорошо ориентированных в жизни молодых людей. Вероятно, и дизайн среды, где они получают профессиональную подготовку, также должен иметь деловой характер без всякого ложного пафоса.

Организациям и учреждениям науки и управления свойственна преимущественно зально-ячейковая форма пространственных решений. Даже поверхностное знакомство с картиной деятельности научных учреждений позволяет судить о том, что здесь господствует технология работы, поддерживаемая сложной системой информационных коммуникаций, инженерных служб, контролирующих необходимые параметры атмосферы: температуры, влажности, смены воздуха; а что касается эмоционально-выразительных аспектов среды, то вот они: батареи пробирок и колб с цветными растворами, гудящие аппараты, компьютерные экраны, стенды с бегающими огоньками (рис. IV.2.17). Но и здесь дизайнеру есть на что покуситься, разрабатывая вопросы колористики и освещенности помещений, упомянутый ТВР, а также оптимальные решения кабельных разводок для перехода всего сложного многоярусного организма учреждения в разряд интеллектуального здания.

Понятие интеллектуальное здание, умный дом возникло не сегодня. Разработка прогнозов развития технического обеспечения среды обитания привела к моделям автоматизации служб слежения за стабильностью микроклимата, экономии энергозатрат, предупреждения о природных и техногенных аномалиях и даже контроля за состоянием здоровья обитателей такого дома.

Современные интеллектуальные здания — это, в первую очередь, учреждения с интенсивными формами обмена информацией: банки, биржи, телефонные станции, диспетчерские, бюро, собирающие и обрабатывающие информацию спутников, и т.д.

Как правило, информационными каналами здесь являются кабельные электрические и стекловолоконные сети (мобильная телефонная и радиосвязь в информационной среде такой плотности функционируют с погрешностями).

Специфический объект дизайн-проектирования представляют бюро зального типа, сформировавшиеся как прием размещения административного аппарата в просторном зале, разгороженном на зоны шумозащитными, но прозрачными перегородками (рис. IV.2.18). Такая форма пространственной организации оказалась удобной как для контроля служащих руководством, так и осуществления деловых контактов; например, в проектных бюро вполне рационально размещение одной проектной группы в интегрированном помещении соответствующих размеров.

Учреждения здравоохранения специфичны в пространственной организации по признаку санитарно-гигиенической дифференциации (рис. IV.2.19). Специальный режим доступа имеют эпидемиологические, инфекционные подразделения клиник, вирусные лаборатории.

В дизайне лечебных заведений планируется создание спокойной психологически гигиенической обстановки с соответствующим колористическим решением и предметным наполнением палат, рекреаций, кабинетов. Коридоры лечебных корпусов должны быть свободны для прохода и проезда колясок, для уборки; поверхности полов и стен выполняются из материалов, которые легко дезинфицировать.

В интерьерах больниц уровень шума не должен превышать нормативные показатели; окраска помещений должна способствовать созданию спокойного визуального климата.

Особую область проектирования представляют транспортные объекты по перемещению людей и грузов автомобильным, железнодорожным, речным, морским, воздушным путями.

Трассы людских и грузовых потоков здесь являются организующим каркасом объемно-планировочного решения. Высокий социальный статус вокзалов определяет и уровень архитектурной выразительности их объемов и интерьеров. В бесперебойности и четкости их деятельности важную роль играет информационный дизайн (рис. IV. 2.20).

Функциональные особенности общественных зданий в пределах типологических границ обуславливают их внешний облик и внутреннюю структуру, подчеркнутую выразительностью и узнаваемостью объемов и интерьеров. Рассмотрим некоторые из видов крупных общественных сооружений, обращая внимание на корреляцию внешней архитектуры и дизайна интерьеров (рис. IV.2.21).

Последовательность рабочего проектирования строится на предварительном подробном изучении архитектурного решения объекта, уяснении схемы его жизнедеятельности и коммуникационной системы аккумулированием образно-художественных ассоциаций. Затем разрабатывается общая программа стилистической драматургии дизайна и распределения акцентов, осуществляется детальное конструктивное и художественное проектирование.

 

 

{linkr:related;keywords:%C3%90%C2%B4%C3%90%C2%B8%C3%90%C2%B7%C3%90%C2%B0%C3%90%C2%B9%C3%90%C2%BD;exclude:161,258,192,167,124,254,147,162,3,253,106,111,137,138,131,132,286,113,119,13,91,172,252,281,257,163,230,122,160,178,121,158,143,110,184,133,259,120,127,123,191,166,135,22,168,128,112,251,14,154,117,153,299,136,9,300,130,256,189;limit:10;title:%C3%90%C2%9F%C3%90%C2%BE%C3%91%C2%85%C3%90%C2%BE%C3%90%C2%B6%C3%90%C2%B8%C3%90%C2%B5+%C3%91%C2%81%C3%91%C2%82%C3%90%C2%B0%C3%91%C2%82%C3%91%C2%8C%C3%90%C2%B8...}