Иллюзии зрительного восприятия.

Иллюзии зрительного восприятия.

Иллюзии зрительного восприятия.

Этот феномен представляет собой одно из свойств психологии видения, знание механизма которого равным образом необходимо для устранения его негативного воздействия на соответствие отображения явлениям среды и сознательного использования в практике архитектурного и дизайнерского проектирования.

Оптические иллюзии есть, в сущности, результат ошибочной трактовки сознанием зрительной информации из-за (1) особенностей и необычных средовых обстоятельств наблюдения; (2) устойчивых стереотипов психологической оценки плоскостного изображения.

1. К первому виду оптических ошибок относится большая группа искажений при наблюдении пространственных параметров среды и включенных в нее объектов.

История архитектуры накопила немало примеров, свидетельствующих о понимании воздействия зрительных иллюзий и грамотном их использовании для достижения нужного впечатления об архитектурном решении. Борьбу с иллюзиями иллюстрирует древнегреческая архитектура, в которой смягчение технически жестких прямолинейных форм храмов достигалось легким искривлением горизонтальных линий (курватуры антаблемента и стилобата), силуэта колонн (энтазис). Чтобы не создавалось ощущения развала вертикально поставленных колонн, крайним из них придавали легкий наклон к центру фасада (совмещая антисейсмические мероприятия); при этом для устранения эффекта иррадиации эти колонны имели несколько большую толщину. Желающие подробно разобраться в искусстве корректировки древнегреческими зодчими оптических иллюзий могут найти информацию в книге История архитектуры т. I французского историка О. Шуази [144]. А мы попытаемся упрощенно пояснить физическую сущность явлений на примере Парфенона (рис. III.4.20). Фронтальное зрительное впечатление от крупного прямоугольного по контуру (не считая фронтона) торцового фасада храма, наблюдаемого вблизи, фиксируется на дне глазного яблока и отображается сознанием в виде фигуры, изображенной на рис, 111.4.20 а. Для корректировки образа, восстанавливающей ортогональность наблюдаемой формы, и использовались искривления [101]. Чтобы нейтрализовать впечатление безликой массивности и тяжести строения, колонны постепенно сужались кверху и получали легкое бочковидное утолщение ствола, придающее ему вид живой опоры, пружинисто несущей нагрузку. Кроме того, фронтоны торцевых фасадов со скульптурными группами имеют незначительный наклон вперед. Для чего? Дело в том, что наблюдение фасадной поверхности вблизи с низкого горизонта под углом 40—50° (Парфенон поставлен на повышенной части Акрополя) дает сильное искажение, и визуально вертикальная плоскость фронтона сплющилась бы, а скульптуры рельефа наслоились друг на друга.

Этот прием применялся и в последующие эпохи, в частности, для постановки на карнизе высоких зданий скульптур вытянутых пропорций (змеиные шеи) с некоторым наклоном вперед.

В использовании ордерных систем, которые остаются популярными в современных решениях фасадов и интерьеров (ретроархитектура) проектировщик не должен быть слепым к отточенным веками составляющим ордерной системы. Колонны и пилястры без энтазиса, капители нелепого рисунка, грубые профили баз, отсутствие антаблемента свидетельствуют о профессиональной небрежности и дурном художественном вкусе автора, режут глаз грамотного зрителя.

Явление иррадиации продемонстрировано и на рис. III.2.9, иллюстрирующем светлотный контраст черного и белого квадратов на белом и черном фонах. Вот почему угловые колонны Парфенона имеют большую толщину — для нейтрализации действия яркого фона неба, съедающего затененный силуэт колонны. Подобный эффект вызывает наблюдение объекта против солнца в режиме контражура.

К зрительным иллюзиям относится ошибочная оценка протяженности пространства. Расположение ограничивающих экранов в виде относительно глухих стен или формирующих визуальный коридор ритмичных рядов отдельных визиров (столбов, аркад, фонарей) дает ощущение большей или меньшей глубины перспективы (рис. III.4.21).

Здесь действует закон накопления зрительного опыта, в соответствии с которым сужение коридора воспринимается как удлинение дистанции до объекта в его конце. Впечатление усиливается, если с удалением от наблюдателя ритм членений коридора увеличивает перспективное сокращение, а его предметные детали пропорционально уменьшаются в абсолютных размерах.

Имитация сокращения или удлинения визуального коридора обеспечивается пропорционированием членений и манипуляциями с понижением и повышением верхней границы экранов, а также при их параллельном расположении. На рис. III.4.21 (2) вид с позиции а дает впечатление глубокой перспективы, а вид с позиции б может даже вызвать иллюзию фронтального расположения боковых экранов.

Интерес к архитектурным решениям, дающим такой эффект, усилился в эпоху Возрождения и барокко, когда архитекторы увлекались экспериментами динамичной организации пространства интерьеров, созданием театрализованных эффектов цветовоздушиой и линейной перспективы, визуального разрыва стены и покрытия с использованием тонких иллюзионных приемов, простые секреты которых казались неискушенным фокусами. Разработки архитектурной иллюзии во многом стимулировались достижениями в живописи, открытием широких изобразительных возможностей перспективы, развитием жанра городского пейзажа. Наложение на фасады ордеров, оформление площадей открытыми архитектурными галереями расслоили глухие фасады палаццо, сделали их многоплановыми, визуально расширяющими сцену городских улиц. Оптические эффекты в интерьерах требовали более утонченного, выверенного на дистанцию и позицию наблюдения расчета. За созданием иллюзии глубокой алтарной абсиды, изображенной на почти плоской восточной стене интерьера ц. Санта-Мария близ ц. Сан-Сатиро в Милане по проекту Д. Браманте на основе точно рассчитанного перспективного изображения, последовали вестибюль библиотеки Лауренциана во Флоренции, в которой Микеланджело спроектировал лестницу, создающую на небольшом пространстве впечатление просторного зала, затем театр в Виченце, сцена которого создает иллюзию городской площади с тремя расходящимися лучами улицами (А. Палладио) и лестница Scala Regia в Ватикане (Л. Бернини), где фигура папы, сходящего вниз после мессы в соборе Св. Петра, кажется величественной благодаря перспективному сокращению по направлению вверх размера ступеней и колонн ионического ордера, визуально удлиняющему лестницу (рис. III.4.22). Приведены только наиболее известные опыты архитектурных иллюзий.

Искусственные углубления пространства за счет акцентированного сокращения перспективных членений издавна используются в сценографии при построении декораций из многоплановых инсталляций с соответствующими живописными и световыми эффектами.

Активное влияние на воображение наблюдателя оказывает и расширение визуального коридора для создания впечатления сокращенного по глубине пространства подобно виду дворца Сенаторов от лестниц площади Капитолия, фланкированной дворцом Консерваторов и Музеем, поставленными под углом друг к другу. Этот пример интересен тем, что наблюдение композиции с другой стороны, от дворца Сенаторов, дающее обратный эффект — удлинение перспективы площади с видом на Рим.

 

В архитектурных решениях, ориентированных на удлинение взгляда, не обязательно эксплуатировать подсознательные рефлексы. Достаточно воспользоваться приемами, условно поддерживающими впечатление раскрытого пространства. К ним относятся, например, стеновые ниши с пейзажами (психологический эквивалент окна), создание перед стеной второго фронта поверхностей (ордерной галереи, аркатурного пассажа), росписи плафонов с перспективными изображениями скал, деревьев, облаков, крылатых существ — тоже из опыта барокко, подхваченного архитектурой последующих веков (рис. 111.4.23). Зритель охотно принимает эти иллюзии [131].

Такие приемы пассивной иллюзии свойственны и более ранним творениям архитектуры. Это — перспективные порталы романских и готических соборов (см. рис. 11.7.6).

Следует остерегаться неуместного применения некоторых видов орнаментов, вызывающих негативные иллюзии. В частности, контрастный рисунок укладки трехцветного паркета или плитки из ромбовидных элементов вызывает чувство опасения перед столь рельефной поверхностью (рис. III.4.24).

Вид тротуарной плитки, имеющей параллельные прорези, при движении поперек членений вызывает неприятное впечатление вибрации линий и вестибулярную дезориентацию.

Неудачный подбор стенового орнамента из керамических плиток вызывает впечатление искажения, не зависящего от точности их укладки. Очевидно, таким образом, что в подборе материала для отделочных работ дизайнер не должен доверяться случаю или абстрактным соображениям, а точно знать место и назначение применения плиток определенного рисунка, а также, помимо эстетических и технических качеств, характер их психологического воздействия на обитателей. Горизонтальная перемычка большого пролета вызывает ощущение провисания. Чтобы его ликвидировать, перемычки выполняют в виде пологой арки или укладывают кирпич в виде плоской арки, в которой направления швов кладки как бы приподнимают центр перемычки (рис. III.4.25).

2. Оптические иллюзии при наблюдении плоских изображений помимо занимательных эффектов также могут играть вполне конструктивную роль в визуальной организации среды интерьера и композиции декоративных элементов на плоскости.

Они хорошо тренируют глаз и внимательность, знание их маленьких секретов нередко помогает снять недоразумение при неудачах формирования композиции, орнамента или, напротив, посеять ин тригу в сознание наблюдателя, созерцающего оригинальное декоративное панно (рис. 111.4.26) [146].

Надо помнить, что даже сугубо плоскостное изображение воспринимается сознанием в той или иной мере объемным благодаря подключению воображения и ассоциативного мышления. Жизненный опыт современного человека, перед глазами которого постоянно находятся плоскостные изображения, представляющие трехмерный мир, в т.ч. и движущийся, формирует стереотип их видения как окна в виртуальное пространство. Поэтому даже фотографии, фиксирующие драматические события, вызывают реакцию сопереживания, а простые рисованные тесты выявляют доминирующее влияние ассоциативного шлейфа на оценку наблюдаемого сюжета. Дополнительные контурные линии, ассоциирующиеся с растяжением и сжатием, создают визуальную разницу размеров линий, в действительности одинаковых (см. рис. III.4.25).

Этот же эффект подтверждается привлечением предметных ассоциаций: корабль бесспорно больше лодки. Из двух равных по длине отрезков, перпендикулярных друг другу, горизонтальный всегда кажется короче.

Человеческий глаз очень тонко чувствует дизайн шрифта. Одни соотношения по толщине букв, жесткости или мягкости их контура могут придать тексту определенную эмоциональную окраску, которая заставляет задуматься над тем, какая гарнитура соответствует объявлению о свадьбе, а какая — о продаже кирпича. Тонкость своего ощущения тектоники шрифта можно проверить, глядя на буквы алфавита, разделенные на верхнюю и нижнюю части (К, Ж, Н, В, Б). Впечатление сбалансированного соотношения частей (равенства по высоте) возникает при несколько меньшей высоте верхней части. Переверните текст на 180° и убедитесь в этом сами.

Фактическое равенство частей по вертикали заметно утяжеляет силуэт букв. Внимательная аналитическая работа над стилистикой букв — хорошая тренировка вкуса и композиционного опыта.

Своеобразную форму оптических иллюзий представляет феномен переноса внимания при наблюдении изображений, где четко дифференцированы фон и объект. Избирательность внимания в зависимости от сознательно привлекаемых ассоциаций дает варианты трактовки орнамента на рис. III.4.26 как плотно свернутого меандра или композиции из молоточков (орнамент, кстати, так и называется — молоточный). Универсальность контура другого орнамента при наблюдении с обеих сторон обеспечила ему сакральный статус в искусстве Центральной Азии (он называется орнамент в резерве). Казусы избирательности фон—объект демонстрирует известный рисунок, где можно, сосредоточив внимание, увидеть либо вазу, либо силуэты двух голов, или графические иллюзии голландского художника М. Эшера.

Тренировка глаза и внимания в избирательности фон—объект очень существенна в повышении профессиональной грамотности архитектора и дизайнера. Игнорирование этих соотношений может повлечь возникновение негативных визуальных впечатлений у наблюдателя, впервые увидевшего композицию автора, односторонне увлекшегося прорисовкой форм. Так, определенное соотношение элементов фасада вызывает впечатление рисунка головы с широко раскрытым ртом, а тщательно проработанная и изысканная графика дорожек ландшафтного дизайна при переносе внимания на фон навязывает иногда юмористические или неблагоприятные ассоциации, порочащие замысел.

Избавиться от образной двухсмысленности автор может простыми приемами, постоянно выверяя графическую гармонию фона и объекта, меняя ракурс наблюдения, пользуясь, как и в проверке рисунка, зеркалом. В любой творческой деятельности, особенно в архитектуре и дизайне, раскованный художественный замысел сочетается с трезвым чувством опасности незаметного в ползания в работу композиционных дефектов или неуместных ассоциаций.